Персонажи тут пахнут масками и подтекстами. Одна — нарко-туберозой с камфорным, почти кровяным стартом: красиво, чрезмерно, и что-то с этим запахом не так. Вторая начинается уютной пряной ванилью домохозяйки, а к вечеру в ней просыпается раздирающий анималический мускус — голод, которого она в себе не знала. Третья — холодным пудровым ирисом с зелёной стальной костью: аристократка, которая ничего о себе не рассказывает. Никто не пахнет тем, кто он есть. Все пахнут тем, что скрывают.

Семейства Killing Eve — это семейства соблазна и угрозы одновременно. Нарко-белый флёр и кожаная анималика для той, кто носит женственность как оружие. Тёплый восточный мускус, проросший дымом, для той, кто открывает в себе тёмную сторону. Аристократичная пудра, сухой ветивер и смоляной восток для той, кто держит всех на расстоянии вытянутой руки. Здесь нет свежих озоновых детективов и нет наивной сладости — каждый аромат красив снаружи и опасен на дне.

Объединяющий аккорд вселенной — дорогой запах с одной неправильной нотой. Камфора в туберозе, дикий мускус под ванилью, ледяная зелень под пудрой. Killing Eve — это парфюм, который пахнет роскошью ровно до того момента, когда ты понимаешь, что роскошь тебя уже выслеживает.